Make your own free website on Tripod.com

«ТАТАРСКАЯ ГАЗЕТА»

№1, 28.02.2001


МОЙ ПОБЕГ ИЗ СССР - ЧАСТЬ III

Сабирджан БАДРЕТДИН

Большую часть времени в отеле "Амман" я посвятил чтению, просмотру передач иорданского телевидения, занятиям гимнастикой и разговорам со своими новыми друзьями. Я также много занимался переводами статей из газет, чтобы улучшить свой английский язык. Время от времени я слушал русскоязычные программы израильского радио. О моих ежедневных потребностях заботилась администрация отеля. Мой новый друг, Фнехир, обычно заказывал для меня завтрак, ланч и обед. Он также приносил одежду и необходимые мне личные вещи и книги. За это он бесплатно жил в отеле.

Через несколько недель после того, как я обосновался в "Аммане", управляющий отелем сказал мне, что советские представители связались с иорданскими властями и попросили устроить встречу со мной. На следующий день помощник мистера Акбала привез меня и нескольких местных должностных лиц в Министерство иностранных дел Иордании. Встреча состоялась в большой, светлой комнате на третьем этаже. В комнате был только длинный деревянный стол со стульями с обеих сторон. Через некоторое время вошли несколько иорданцев. Немного позже появились советские дипломаты. Обе группы приветствовали друг друга очень тепло, широко улыбаясь и обмениваясь рукопожатиями с таким энтузиазмом, как будто они все были хорошими старыми друзьями. Когда мы сели за стол, лысый, усатый человек лет пятидесяти представился и спросил меня:

- Товарищ Бадретдинов, пожалуйста, объясните нам, что случилось с вами.

Перед встречей я думал, что буду очень нервничать и чуствовать себя напряженным во время переговоров, но, когда они фактически начались, я почувствовал себя довольно уверенно и спокойно. Советский посол был вежлив и ничем не угрожал. Я сказал:

- Я попросил политического убежища в Иордании. Я это сделал потому, что не считаю Советский Союз свободной страной. Я решил остаться в Иордании и начать здесь новую жизнь.

Советский посол продолжил:

- Позвольте мне напомнить вам, товарищ Бадретдинов, что Советский Союз дал вам, сыну родителей из рабочего класса, возможность получения высшего образования, бесплатное здравоохранение, все возможности для карьеры и так далее. Вы уверены, что хотите потерять все эти преимущества ради неопределенности, которая ждет вас в чужой стране? Вы хотя бы умеете говорить по-арабски? Нет? Тогда как Вы будете жить здесь? Какую работу вы сможете найти в Иордании? Мне кажется, что вы поступаете очень безответственно. Вы просто не все обдумали. Вы пришли к такому решению под влиянием момента. Не позволяйте этой ошибке испортить ваше будущее.

- Нет, это решение не было случайным. Все последние 5 лет я думал о том, как бежать из СССР.

Кажется, мой ответ оказал глубокое впечатление на советского дипломата. Он понял, что я не был наивным молодым человеком, который просто захотел увидеть мир. Однако, он продолжал нажимать:

- Молодые люди делают такие ошибки очень часто. Если вы измените свое мнение и вернетесь на Родину, я обещаю, что почти ничего не случится с вами. Вот номер телефона посольства СССР. Пожалуйста, позвоните, когда решите вернуться.

- Мне не нужен ваш номер телефона. Я не изменю своего мнения.

Мы поговорили еще несколько минут, затем советский посол встал, пожал мою руку и сказал иорданским чиновникам, что встреча окончена. Когда советские дипломаты ушли, сопровождавшие меня иорданцы попросили меня следовать за ними в другую комнату на втором этаже. Там меня попросили надеть противосолнечные очки и куфию (арабский головной убор). В куфие я был похож на типичного иорданца, и меня было невозможно отличить от других людей в этой комнате.

- Это только мера предосторожности, на тот случай, если русские решат следовать за нами, когда мы поедем к гостинице, - объяснил один из иорданцев. - Когда мы пойдем к автомобилю, я буду говорить с вами по-арабски. Вы должны притвориться, что понимаете меня: кивайте время от времени головой, как будто соглашаетесь со мной. Ведите себя так, как будто вы иорданец.

Мы вышли из комнаты и пошли к автомобилю. Это был вовсе не тот автомобиль, который привез нас к министерству. Через 20 минут мы были уже снова в гостинице.

Через несколько недель я говорил по телефону с мистером Джеймсом Пректером, американским послом. Он объяснил мне, что моим случаем занимается UNHCR (Верховный комиссариат ООН по делам беженцев). UNHCR согласился обеспечить меня временными проездными документами до Рима, откуда я должен был вылететь в Нью-Йорк.

Прошло несколько месяцев, и наконец настал день моего отъезда. Однажды в апреле 1986 года господин Акбал сказал мне, чтобы я начал готовиться к полету в Рим. Я уложил в свой чемодан одежду, книги и личные вещи. Фнехир, узнав о моем предстоящем отъезде, погрустнел. Он и его друзья старались убедить меня остаться в Иордании.

- Почему ты хочешь ехать в Нью-Йорк? Оставайся здесь, в Аммане! Мы поможем тебе найти работу и жилье. Что ты такого там найдешь в Америке?

Я благодарил Фнехира, Лобхана, Джамала, Ислама и других за гостеприимство, но остался тверд в своем решении уехать в США.

Полет в Рим был без происшествий, но я помню, что был очень взволнован... В аэропорту кто-то должен был меня встретить и отвезти в специальный отель для беженцев. Мне сказали, что этот человек будет держать табличку с моим именем. Но когда самолет наконец приземлился в аэропорту Леонардо да Винчи в Риме, произошло неожиданное. После того, как я прошел таможню, я начал искать человека с моим именем на табличке. Было много людей с табличками, но ни на одной из них не было моего имени. Я почти час провел в поисках незнакомца, который должен был меня встретить. Мои поиски не увенчались успехом.

Я запаниковал. Было страшно оказаться в незнакомой стране без денег, без документов, без друзей, и без места назначения. Я решил пойти в полицейский участок и попросить помощи. Полицейские говорили только по-итальянски. Почти час прошел, прежде чем они нашли кого-то, кто мог говорить по-английски.

- Как мы можем вам помочь? - спросил меня молодой полицейский, выступавший в роли переводчика. Я объяснил ему, что произошло и спросил, не могли бы они позвонить в местное представительство UNHCR. После разговора с более старшим полицейским переводчик сказал:

- Очень жаль, но такого представительства в Риме нет, оно не внесено в местную телефонную книгу.

Я вернулся в аэропорт, сел на скамью и заснул. Проснувшись, я увидел, что передо мной стояли полицейский и какой-то мужчина. Мужчина взволнованно говорил с полицейским и указывал на меня. "Cinque! Cinque!" - повторял он и показывал на свои часы ("cinque" значит "пять" по-итальянски). Он был тем самым человеком, который должен был меня встретить. Оказалось, что он искал меня в аэропорту почти пять часов

Позже мы поняли то, что случилось. Когда я прибыл в аэропорт, я искал табличку со своим именем, но вместо этого он держал табличку, на которой просто было написано: "IRC". IRC - сокращенно International Rescue Commitee - Международный Комитет Спасения.

Кто-то забыл предупредить меня, что Верховный комиссариат ООН по делам беженцев больше не отвечал за меня, и что с этого момента мне будет помогать IRC, американская организация, которая помогает беженцам из коммунистических стран.

Мужчина привез меня на микроавтобусе в отель для беженцев, где я должен был провести несколько недель до отлета в Нью-Йорк. Отель "Ворлд" был расположен на Виа Виченто, красивой узкой улочке в центре Рима. Отель был населен беженцами, которые ожидали визы, необходимые для переезда в США. В Риме я не был ограничен стенами отеля и его территорией. Я мог выходить из отеля в любое время.


© «ТАТАРСКАЯ ГАЗЕТА»
E-mail: irek@moris.ru